Версия для слабовидящих

Вход в систему

 

Б. Ефимов. Стихи

Рябина кровью истекла,

Вокруг рассыпан бисер алый.
А птичья стайка весела,
Здесь как могла отпировала.
Рябине нечего жалеть,
Ей так предписано судьбою:
И отцвести, и отгореть,
Пичужек пищею согреть,
От холодов не умереть
И вновь проклюнуться листвою.
...Чтоб жизнь и душу сохранить,
Голодных надобно кормить
 
Юная метель
 
Разыгралась, хулиганит:
Слишком юная она.
Как метёт и как туманит,
Застилает пелена!
Бесконечны нити пряжи,
То колючи, то мягки,
Из которой ветер вяжет
Шали, кофты да носки.
Приодел берёзы в роще,
Скверы в сказку превратил,
Оседлал метель, наощупь
В дальний ельник укатил.
 
Причастье
 
В деревеньку за стихами
Еду я на выходной,
Где свободное дыханье
Ярче солнца надо мной.
Там старушки всюду с Богом
За делами, за чайком...
И хотя колка дорога,
Ходят смело босиком.
Не спесивы, не богаты:
Хлеб, картошка, суп простой.
И гостям нежданным рады:
Нужно - пустят на постой.
Кто таков? - не докучают.
Видно, всё подскажет Бог.
Молвят, утром провожая:
- Береги себя, сынок.
Эти встречи, как причастье,
После них душа чиста...
Всё же есть на свете счастье,
Как в деревне доброта.
 
Странности любви
 
Притомилась деревня, нет мочи,
И опять похудел трудодень.
Ребятишки до хлеба охочи,
Только кончился хлебный задел.
А до нового - долгая песня,
Март ещё,
так что впрямь «запоёшь»,
Но пришло пострашнее известье:
Умер Сталин, учитель и вождь.
Голос диктора
медленно-скорбный,
На коленях деревня, без сил.  
Нет, не здесь,
а в столице у гроба  
Причитает и голосит.
Малым был, но отчётливо помню:
Гнал деревню на митинг
не страх.
 
Это было великой любовью,
Не приемлющей сталинский прах
]]>]]>